Закадычная подруга лексическая ошибка

Закадычный друг — это духовно, душевно близкий человек, товарищ. Такое выражение можно встретить и в художественном тексте, и в разговорной речи. Но почему близкий друг именно закадычный? Разбираемся вместе с «Изборником».

Это слово не так уж загадочно, как может показаться. Исторически в нём выделяется корень -кадык-. Он пришёл в русский язык в XIV–XVI веках из татарского — так же, как, например, карандаш, сарафан и барабан. В языке-источнике слово kadyk имело значение «твердый, крепкий, выступающий». Его использовали, чтобы назвать соответствующие признаки неодушевлённых предметов. К людям оно никакого отношения не имело. Очевидно, этим словом можно было охарактеризовать и выступ гортани на передней поверхности шеи у мужчин, который получил название кадык. Уже русское, а не татарское кадык стало частью фразеологизма заливать за кадык — выпивать, напиваться.

По одной из версий, у прилагательного закадычный «алкогольное» прошлое. Лингвисты, в том числе Г. А. Крылов, А. В. Семёнов и Н. М. Шанский, считают, что оно образовалось именно от выражения заливать за кадык, а закадычным другом поначалу назывался «друг по застолью, выпивке» — тот самый, которого сейчас именуют собутыльником. Значение «задушевный, духовно близкий человек» развилось у слова позже.

Использовалось слово закадычный по отношению к мужчинам — у женщин кадыка нет. Тем не менее в конце XIX века в русской литературе появились не только «закадычные друзья», но и «закадычные подруги». В Национальном корпусе русского языка семь примеров с этим выражением. И если в тексте 1898 г. оно ещё похоже на издёвку или насмешку, то в первой половине XX в. и в двухтысячных выглядит нейтрально.

«Браво, прелестный адвокат… Но как же это вы, закадычная подруга графини, не знаете имени её избранника?..» [Н. Э. Гейнце. Самозванец (1898)]

Это была мисс Клэр Вессон, племянница второй супруги Морлендера и закадычная подруга Грэс по школьной скамье. [М. С. Шагинян. Месс-Менд, или Янки в Петрограде (1923–1924–1954)]

Они не стали закадычными подругами, но остались добрыми приятельницами. [О. Ю. Рой. Муж, жена, любовница (2008)]

Тем не менее в ЕГЭ по русскому языку «закадычная подруга» считается лексической ошибкой, а конкретно — нарушением лексической сочетаемости. На сайте 4ege.ru советуют писать и говорить «самая близкая подруга», а Д. Э. Розенталь в «Справочнике по правописанию, произношению, литературному редактированию» останавливается на варианте «лучшая подруга».

Л. В. Успенский называет прилагательное закадычный «ехидным словцом». Он предполагает, что изначально это ироничная копия слова «задушевный»: в словообразовательном плане от «оригинала» она отличается только корнем. Но каким корнем — автор этимологического словаря точно сказать затрудняется. Л. В. Успенский вспоминает о выражении «заливать за кадык» и развивает «алкогольную» тему, но допускает, что дело вовсе не в кадыке, а в кадке. Тогда «на заре своей молодости» закадычный друг мог быть и закадочным. Но этот вариант учёный сам называет сомнительным, в то время как в насмешливом и ироничном характере слова закадычный абсолютно уверен.

Другая версия делает современное значение прилагательного закадычный основным, первоначальным. Согласно исследованиям лингвистов и этнографов, на Руси верили, что душа человека находится в «ямке» между ключицами, а кадык её защищает. Соответственно, закадычный друг — по-настоящему близкий человек, тот, о ком Валерий Кипелов точно не спел бы: «В моей душе нет больше места для тебя».

С этим убеждением связана история ещё двух фразеологизмов. Выражение «душа нараспашку», теперешний синоним открытого, искреннего человека, первоначально обозначало расстёгнутый ворот. Считалось, что, если человек открывает ту самую ямочку, где находится его душа, ему нечего прятать от окружающих. О бедных или абсолютно бездуховных людях говорили и до сих пор говорят так: «У них за душой ничего нет». Раньше там, где находилась душа, было принято хранить деньги.

В толковом словаре В. И. Даля можно найти слово кочедык — лапотное шило. Это инструмент, необходимый, чтобы сплести лапти. Его тоже иногда называли кадыком. Отсюда ещё одно предположение насчёт «тёмного прошлого» закадычных друзей: у них просто лапти сплетены при помощи одного и того же шила.

История про лапти — всё-таки не самое «тёмное» прошлое. Особенно если учесть, что в первом томе того же словаря В. И. Даля есть глаголы закадыкать/закадычить со значением «убить, зарезать, перерезать кадык» и закадыкаться/закадычиться — «умереть, удавиться, задохнуться угаром, перерезать себе горло, совершить самоубийство». В. И. Даль указывает, что закадычный друг, или закадычная головушка, — приятель неизменный, верный (видимо, до самой смерти) и отчаянный.

Народная этимология связывает прилагательное закадычный со словом когда, или, точнее, с его просторечным вариантом кады. В этом случае закадычный друг — это товарищ, которого знаешь уже очень давно и не помнишь времени, когда не был с ним знаком. Но едва ли стоит воспринимать эту версию всерьёз: если всё дело в кады, то откуда взялось ч, которое во остальных случаях чередуется с к?

Впрочем, как бы ни возникло выражение закадычный друг, главное — чтобы в жизни был человек, которого оно идеально описывает.

Закадычный друг — это духовно, душевно близкий человек, товарищ. Такое выражение можно встретить и в художественном тексте, и в разговорной речи. Но почему близкий друг именно закадычный? Разбираемся вместе с «Изборником».

Это слово не так уж загадочно, как может показаться. Исторически в нём выделяется корень -кадык-. Он пришёл в русский язык в XIV–XVI веках из татарского — так же, как, например, карандаш, сарафан и барабан. В языке-источнике слово kadyk имело значение «твердый, крепкий, выступающий». Его использовали, чтобы назвать соответствующие признаки неодушевлённых предметов. К людям оно никакого отношения не имело. Очевидно, этим словом можно было охарактеризовать и выступ гортани на передней поверхности шеи у мужчин, который получил название кадык. Уже русское, а не татарское кадык стало частью фразеологизма заливать за кадык — выпивать, напиваться.

По одной из версий, у прилагательного закадычный «алкогольное» прошлое. Лингвисты, в том числе Г. А. Крылов, А. В. Семёнов и Н. М. Шанский, считают, что оно образовалось именно от выражения заливать за кадык, а закадычным другом поначалу назывался «друг по застолью, выпивке» — тот самый, которого сейчас именуют собутыльником. Значение «задушевный, духовно близкий человек» развилось у слова позже.

Использовалось слово закадычный по отношению к мужчинам — у женщин кадыка нет. Тем не менее в конце XIX века в русской литературе появились не только «закадычные друзья», но и «закадычные подруги». В Национальном корпусе русского языка семь примеров с этим выражением. И если в тексте 1898 г. оно ещё похоже на издёвку или насмешку, то в первой половине XX в. и в двухтысячных выглядит нейтрально.

«Браво, прелестный адвокат… Но как же это вы, закадычная подруга графини, не знаете имени её избранника?..» [Н. Э. Гейнце. Самозванец (1898)]

Это была мисс Клэр Вессон, племянница второй супруги Морлендера и закадычная подруга Грэс по школьной скамье. [М. С. Шагинян. Месс-Менд, или Янки в Петрограде (1923–1924–1954)]

Они не стали закадычными подругами, но остались добрыми приятельницами. [О. Ю. Рой. Муж, жена, любовница (2008)]

Тем не менее в ЕГЭ по русскому языку «закадычная подруга» считается лексической ошибкой, а конкретно — нарушением лексической сочетаемости. На сайте 4ege.ru советуют писать и говорить «самая близкая подруга», а Д. Э. Розенталь в «Справочнике по правописанию, произношению, литературному редактированию» останавливается на варианте «лучшая подруга».

Л. В. Успенский называет прилагательное закадычный «ехидным словцом». Он предполагает, что изначально это ироничная копия слова «задушевный»: в словообразовательном плане от «оригинала» она отличается только корнем. Но каким корнем — автор этимологического словаря точно сказать затрудняется. Л. В. Успенский вспоминает о выражении «заливать за кадык» и развивает «алкогольную» тему, но допускает, что дело вовсе не в кадыке, а в кадке. Тогда «на заре своей молодости» закадычный друг мог быть и закадочным. Но этот вариант учёный сам называет сомнительным, в то время как в насмешливом и ироничном характере слова закадычный абсолютно уверен.

Другая версия делает современное значение прилагательного закадычный основным, первоначальным. Согласно исследованиям лингвистов и этнографов, на Руси верили, что душа человека находится в «ямке» между ключицами, а кадык её защищает. Соответственно, закадычный друг — по-настоящему близкий человек, тот, о ком Валерий Кипелов точно не спел бы: «В моей душе нет больше места для тебя».

С этим убеждением связана история ещё двух фразеологизмов. Выражение «душа нараспашку», теперешний синоним открытого, искреннего человека, первоначально обозначало расстёгнутый ворот. Считалось, что, если человек открывает ту самую ямочку, где находится его душа, ему нечего прятать от окружающих. О бедных или абсолютно бездуховных людях говорили и до сих пор говорят так: «У них за душой ничего нет». Раньше там, где находилась душа, было принято хранить деньги.

В толковом словаре В. И. Даля можно найти слово кочедык — лапотное шило. Это инструмент, необходимый, чтобы сплести лапти. Его тоже иногда называли кадыком. Отсюда ещё одно предположение насчёт «тёмного прошлого» закадычных друзей: у них просто лапти сплетены при помощи одного и того же шила.

История про лапти — всё-таки не самое «тёмное» прошлое. Особенно если учесть, что в первом томе того же словаря В. И. Даля есть глаголы закадыкать/закадычить со значением «убить, зарезать, перерезать кадык» и закадыкаться/закадычиться — «умереть, удавиться, задохнуться угаром, перерезать себе горло, совершить самоубийство». В. И. Даль указывает, что закадычный друг, или закадычная головушка, — приятель неизменный, верный (видимо, до самой смерти) и отчаянный.

Народная этимология связывает прилагательное закадычный со словом когда, или, точнее, с его просторечным вариантом кады. В этом случае закадычный друг — это товарищ, которого знаешь уже очень давно и не помнишь времени, когда не был с ним знаком. Но едва ли стоит воспринимать эту версию всерьёз: если всё дело в кады, то откуда взялось ч, которое во остальных случаях чередуется с к?

Впрочем, как бы ни возникло выражение закадычный друг, главное — чтобы в жизни был человек, которого оно идеально описывает.

Посмотрите ролик и попробуйте отгадать, какая ошибка была допущена в каждом из новостных текстов. Самые внимательные зрители заметят двойную ошибку.

Те, кто внимательно следит за нашими статьями, наверняка помнят эту речевую ошибку.

ПОЛНОЕ ФИАСКО. Это плеоназм. В лексическом значении слова «фиаско» уже имеется исчерпывающая информация о том, что кто-то потерпел полную неудачу. Избыточность, «масло масляное» — вот что такое плеоназм.

Сегодня мы подробно поговорим о фразеологизмах в русском языке и ошибках, связанных с их употреблением.

ПОТЕРПЕТЬ ПОЛНОЕ ФИАСКО. Слово «полное» лишнее ещё и потому, что нормы русского языка не предусматривают изменений в составе фразеологических оборотов. Если мы добавляем новые слова, подбираем синонимы, изменяем грамматические формы внутри этих конструкций, мы сразу «садимся в лужу» и «получаем красную карточку». Нормы языка железно защищают эти необычные сочетания, которые без преувеличения можно считать речевыми (а не речными) жемчужинами. Фразеологизмы — это народная мудрость, застывшая в веках и при этом не утратившая актуальности в речевой практике разных поколений носителей языка, от молодёжи до пенсионеров.

Фразеология — это относительно молодая наука. Изучает она те самые «крылатые выражения», идиомы. Научное название этих языковых единиц — фразеологизмы.

Возникновение фразеологии в русской науке как лингвистической дисциплины связано с именем академика В. В. Виноградова. Именно с 40-х годов XX века отечественные учёные пытаются «разложить по полочкам» эти удивительные выражения. До сих пор существуют несколько различных классификаций русских фразеологизмов. Самая простая делит их на исконно русские и заимствованные. Приведём два наглядных примера.

ФИЛЬКИНА ГРАМОТА

По одной из легенд автором этого выражения является не кто иной, как сам Иван Грозный. И связан этот фразеологизм с его непростыми взаимоотношениями с митрополитом Московским и всея Руси (1566 – 1568 гг.) Филиппом (в миру Фёдор Степанович Колычёв).

Митрополит Филипп открыто выступал против опричнины Ивана IV, не боялся демонстрировать свое отношение лично царю. Когда Иван Грозный предлагал Филиппу стать митрополитом, тот поставил условие — уничтожить опричнину. Н. М. Карамзин в «Истории государства Российского» описывает это так:

«Повинуюся твоей воле; но умири же совесть мою: да не будет опричнины! да будет только единая Россия! ибо всякое разделенное Царство, по глаголу Всевышнего, запустеет. Не могу благословлять тебя искренно, видя скорбь отечества».

Будучи митрополитом, Филипп пытался убедить царя отказаться от опричного террора. Сначала это были беседы наедине. 22 марта 1568 года митрополит Филипп отказался дать благословение Ивану IV после службы в Успенском соборе Кремля. 28 июля митрополит сделал замечание одному из опричников во время службы в Новодевичьем монастыре. Тот забыл снять головной убор во время крестного хода. Считают, что именно этот конфликт был последней каплей терпения Ивана Грозного. Вскоре начался суд над митрополитом — его обвиняли в колдовстве.

8 ноября 1568 года прямо во время службы в храме Успения в Кремле опричник Фёдор Басманов объявил о лишении митрополита сана. Его переодели в монашескую рясу и отправили в Богоявленский монастырь. Вскоре Филипп был сослан в отдалённый Отроч Успенский монастырь в Твери, а Иван IV расправился с его родственниками. Историк Н. И. Костомаров сообщает, что царь, казнив племянника святителя, прислал ему его голову, зашитую в кожаный мешок, со словами: «Вот твой сродник, не помогли ему твои чары».

23 декабря 1569 года Филипп был задушен Малютой Скуратовым.

Иван Грозный называл митрополита Филиппа презрительно — Филька. Опальный старец писал царю письма, в которых надеялся вразумить Ивана IV, уговаривал одуматься и распустить опричников. Но тот называл их «филькиными грамотами».

ЖИТЬ НА ШИРОКУЮ НОГУ

В русский язык эта фраза вошла как точный перевод с немецкого в 1841 году. Именно тогда «Литературная газета» опубликовала увлекательную статью о королевской мозоли и вычурной английской моде на обувь XII века.

У короля Генриха II Плантагенета на большом пальце правой ноги образовался безобразный нарост, от которого он никак не мог избавиться. Наконец он велел придворному сапожнику сшить себе особые башмаки с острыми и длинными носами, сильно загнутыми кверху, чтобы как-то скрыть недостаток и получить возможность комфортно носить обувь.

Конечно, новость о странной обуви короля моментально распространилась. Теперь буквально каждый стремился заказать у сапожника обувь с длинным носом. Причем каждый заказчик пытался обогнать другого по «носастости» своих башмаков. Узнав об этом, король издал указ:

Для графов допускалось иметь носы обуви длиной два фута.
Для баронов и рыцарей — в один фут.
Для обычных граждан — не больше половины фута.
(1 фут равен 30 сантиметрам)

Благодаря уникальному указу, по длине носов теперь можно было определять степень зажиточности человека и его социальный статус. Про людей с достатком говорили: «Живёт на широкую ногу!» или «Живёт на большую ногу!»

Это, конечно, легенда, но очень уж она правдоподобная.

ЗАЧЕМ ЯЗЫКУ ЭТИ ЗАБЫТЫЕ ИСТОРИИ?

«Толковый словарь живого великорусского языка» известного русского лексикографа и писателя В. И. Даля содержит более 900 фразеологических единиц. В современных словарях фразеологизмов их значительно больше. В XXI веке вы можете приобрести даже словари кухонных фразеологизмов, есть серьёзные энциклопедические словари библейских фразеологизмов, а в интернете можно наткнуться и на женские фразеологические словари.

Сегодня мы не сможем рассказать даже о малой доле фразеологизмов, наша цель другая: не вдаваясь в тонкости научных классификаций, просто полюбоваться на это удивительное языковое явление и сделать акцент на том, почему употребление фразеологизмов не терпит речевого креатива и каламбуров.

Первый очевидный признак фразеологизма — он не создается во время общения, а воспроизводится как уже готовая целостная единица. Если попытаться сравнить это с каким-то схожим явлением из другой сферы человеческой жизни, то на ум приходит археология. Фразеологизмы чем-то напоминают именно археологические ценности: древние окаменелости или редкие исторические артефакты. Когда-то, много лет назад, эти фразы из свободных словосочетаний превратились в языковые «окаменелости», то есть застыли и стали неделимыми.

Уже в детстве при пополнении личного словарного запаса каждый ребенок рано или поздно кладёт в свою речевую копилку и фразеологизмы. С возрастом их появляется в речи всё больше, так накопление жизненного опыта конкретного человека пересекается с огромным пластом народной мудрости, застывшем именно в этих крылатых фразах.

Конечно, фразеологизмы — это настоящая головная боль для иностранных студентов, изучающих наш язык. Вот один из примеров.

Этимология, раздел науки о языке, изучающий происхождение не только слов, но и фразеологических оборотов, помогает нам буквально перенестись в прошлое и увидеть, как фразеологизм стал фразеологизмом.

ЯПОНСКИЙ ГОРОДОВОЙ!

Кто не знает этого выражения? А если растянуть первый слог, сделать после него паузу, то вообще получится эвфемизм, заменяющий собой хлёсткое ругательство. Легенда его возникновения любопытная и поучительная.

А дело было в Японии, в городе Оцу. 29 апреля (11 мая) на цесаревича Николая, будущего царя Николая II (ему тогда было 23 года), напал полицейский Цуда Сандзо.

Цесаревич возвращался в Киото после посещения озера Бива в сопровождении японского принца Арисугавы и греческого принца Георга. Николай перемещался в коляске, которую везли рикши.

Вдруг один из японских полицейских неожиданно напал на цесаревича и ударил его несколько раз саблей. Николай успел выпрыгнуть из коляски, а нападающего быстро схватили. На все вопросы Сандзо Цуда отвечал односложно: «Я самурай!»

Вот медицинское заключение после осмотра Николая Александровича с перечислением ран:

затылочно-теменную рану линейной формы длиной 9 сантиметров с разошедшимися краями, проникающую через всю толщу кожи до кости и находящуюся в области правой теменной кости;
лобно-теменную рану длиной 10 сантиметров выше первой на 6 сантиметров, идущую почти параллельно ей и проникающую через всю кожу до кости;
поверхностную поперечную рану длиной около 4 миллиметров на правой ушной раковине;
поверхностную поперечную рану длиной около 1 сантиметра на тыле кисти правой руки, между указательным и большим пальцами.
Во время обработки лобно-теменной раны был извлечён осколок кости клиновидной формы длиной около двух с половиной сантиметров.

Инцидент мог обернуться войной. Полицейскому грозила смертная казнь, но он был осужден на пожизненную каторгу и скончался через несколько месяцев после вынесения приговора в тюрьме.

В деревне Канаяма, где родился нападавший, было запрещено называть детей именем Сандзо и фамилией Цуда. Родственники полицейского стали изгоями. Высказывались даже предложения о переименовании города Оцу, считалось, что он опозорен.

Надеясь искупить вину за покушение своей кровью, молодая девушка Хатакэяма Юко совершила самоубийство, заколовшись перед зданием киотоской мэрии. Драматичная история. В память о случившемся в городе Оцу была возведена часовня, а около места нападения установлен монумент.

Безусловно, эта история вызвала большой резонанс в России, так появился этот фразеологизм.

ВЕРНУТЬСЯ К РОДНЫМ ПЕНАТАМ

От латинского слова Penates. В Древнем Риме Пенатами называли богов-хранителей, покровителей домашнего очага. Выглядели они как фигурки из дерева, глины или камня.

Были Пенаты, охранявшие благополучие всего Древнего Рима. Государственным культом Пенатов ведал верховный жрец, приносивший им жертвы в храме Весты.

Теперь вы поняли, почему надо говорить «вернуться к родным пенатам», а не «в родные пенаты»? Возвращаясь в родной дом, в первую очередь человек возвращался к ним, к Пенатам.

ЗАКАДЫЧНЫЙ ДРУГ

«Закадычный» — это значит задушевный, духовно близкий. Неспроста речь идёт о душе. В Древней Руси считали, что бессмертная человеческая душа имеет строго обозначенное место жительства в теле человека. Она всегда находится в небольшой ямочке на шее (между ключицами, за кадыком). «Закадычный друг» — это друг на всю жизнь, одна душа на двоих.

Но это еще не всё. У этого фразеологизма есть еще одно значение — собутыльник. Это объяснение мы можем найти в «Словаре русской фразеологии». Изначально татарское слово кадык пришло в русскую речь в XIV–XVI вв., а значение фразеологизма «залить за кадык» в XXI веке среди взрослого населения России мало кому надо объяснять. Означает оно «выпить», «принять на грудь», «заложить за воротник».

Кстати, закадычным может быть только друг. «Закадычная подруга» — это речевая ошибка.

Ещё признак фразеологизмов — это метафористичность. Они выступают в речи как эквивалент слова. Но есть существенная разница между синонимичными, казалось бы, фразами:

• говорит неправду — врёт как сивый мерин
• богатство — рог изобилия
• поесть — заморить червячка
• спровоцировать конфликт — открыть ящик Пандоры
• несправедливое решение — Шемякин суд
• одежда, которая не греет — одежда на рыбьем меху

Почувствовали? Это, как говорят в Одессе: две большие разницы. Сколько экспрессии во втором выражении в каждой паре!

Третий признак фразеологизма – его целостность. И именно на этом признаке хотелось бы сделать акцент. Подобные словосочетания неделимы и целостны не только по своей форме, но и по содержанию. Именно поэтому не принято воспроизводить фразеологические обороты с какими-то изменениями в их грамматической структуре или с новым лексическим значением. Самые большие охотники до языковых экспериментов с фразеологизмами – это, конечно, журналисты. В их профессиональной творческой среде считается остроумным использовать игру слов именно в устойчивых словосочетаниях. Это можно увидеть по газетным заголовкам, например:

• «Свет в отключке» — бывший свет в окошке (из-за отключения электричества у пенсионерки сломался телевизор). («АиФ» №17 апрель 2003, с. 4)
• «Не хочу учиться, а хочу учить» (о том, как заработать студенту репетиторством). («АиФ №16, апрель 2003, с.4)
• «Как развязать язык?» (обзор летних языковых школ для детей) («МК №75, 7.04.03, с.9)
• «Информационным обухом по голове» (о медленном развитии информационных технологий в России). («Известия» №72, 23.04.03, с.5)
• «Башню не снесло, но крыша поехала. Студия телеканала “Россия” на Шаболовке переезжает» («МК» №88, 23.04.03, с.2)

Но и простые носители языка тоже порой допускают либо сознательные, либо случайные ошибки. Вот самые распространенные из них:

• Сидеть сложив руки — сидеть сложа руки
• Играть значение — играть роль
• Тратить нервы — трепать/мотать нервы
• Пока суть да дело — пока суд да дело
• Власть предержащие — либо власть предержащая, либо власти предержащие
• Уповать на лаврах — почивать на лаврах
• Вернуться в родные пенаты — вернуться к родным пенатам
• Играть главную скрипку — играть первую скрипку
• Уморил червяка — заморил червячка
• Не упасть в грязь лицом — не ударить в грязь лицом
• Львиная часть — львиная доля
• Приподнять занавес над — приподнять завесу над
• Пускать туман в глаза — пускать пыль в глаза
• Поднять тост — провозгласить тост
• Одержать успех — одержать победу
• Придавать внимание — придавать значение

ВРЕМЯ ПРИКЛЮЧЕНИЙ ТЕСТА

0 ошибок — Вы не ударили в грязь лицом и одержали победу!

1-2 ошибки — Выше головы не прыгнешь, но вы всё равно поймали за хвост удачу.

3-4 ошибки — Вы статью читали или мух считали?

5-6 ошибок — Ваши знания — галопом по Европам.

7-8 ошибок — Вам надо начать с азов.

9 ошибок — Вы сели в лужу.

Перейти к содержанию