Одна фактическая ошибка

Фактические ошибки

Нарушение требования правильности передачи фактического материала вызывает фактические ошибки.
Фактические ошибки представляют собой искажение изображаемой в высказывании ситуации или отдельных ее деталей , например: » В зимнем лесу звонко куковала кукушка «. или » Входят купцы Бобчинский и Добчинский «.
Фактические ошибки могут быть обнаружены в том случае, если читающему работу известна фактическая сторона дела и он может оценить каждый факт с позиции его достоверности. Причина фактических ошибок — недостаточное знание описываемых событий, бедность жизненного опыта, неверная оценка поступков и характеров героев.
В изложении к фактическим ошибкам можно отнести различного рода неточности:
1) ошибки в обозначении места и времени события ;
2) в передаче последовательности действий, причинно-следственных отношений и т. д., например: вместо » Кировский проспект » — в работе » Киевский проспект » или » Кировский поселок «.

В сочинении фактические ошибки — это
1) искажение жизненной правды;
2) неточное воспроизведение книжных источников;
3) имен собственных;
4) дат;
5) мест событий,
например: » Чадский «, » у Нагульного и Разметного «.

Примеры типичных фактических ошибок .

» Образом Онегина Пушкин в русской литературе открыл галерею «лишних людей»: Обломов, Печорин, Базаров. Лишний человек должен обладать двумя качествами: отвергать идеалы общества и не видеть смысла своего существования «. В приведенном примере Обломов и Базаров явно выпадают из предложенной цепочки.

» Литература классицизма (Ломоносов, Державин, Фонвизин, Карамзин и др.) оказала большое влияние на творчество А. С. Грибоедова «. Здесь сразу две ошибки. Первая: Фонвизин действительно «оказал большое влияние» на «Горе от ума», говорить же о влиянии Ломоносова и Державина вряд ли возможно. Автор путает факты и роды художественной литературы. Вторая фактическая неточность заключается в том, что Карамзин — представитель культуры сентиментализма.

Источник

Типичные ошибки в русском языке: грамматические, речевые и орфографические

Самые распространенные ошибки в ЕГЭ по русскому языку:

Классификация ошибок по ФИПИ

1. Грамматические ошибки.
2. Речевые ошибки.
3. Логические ошибки
4. Фактические ошибки.
5. Орфографические ошибки.
6. Пунктуационные ошибки.
7. Графические ошибки.

Грамматические ошибки

Грамматическая ошибка – это ошибка в структуре языковой единицы: в структуре слова, словосочетания или предложения; это нарушение какой-либо грамматической нормы: словообразовательной, морфологической, синтаксической.

• подскользнуться вместо поскользнуться, благородность вместо благородство – здесь допущена ошибка в словообразовательной структуре слова, использована не та приставка или не тот суффикс;
• без комментарий, едь вместо поезжай, более легче – неправильно образована форма слова, т. е. нарушена морфологическая норма;
• оплатить за проезд, удостоен наградой – нарушена структура словосочетания (не соблюдаются нормы управления);
• Покатавшись на катке, болят ноги; В сочинении я хотел показать значение спорта и почему я его люблю – неправильно построены предложения с деепричастным оборотом (1) и с однородными членами (2), т. е. нарушены синтаксические нормы.

В отличие от грамматических, речевые ошибки – это ошибки не в построении, не в структуре языковой единицы, а в ее использовании, чаще всего в употреблении слова. По преимуществу это нарушения лексических норм, например:

• Штольц – один из главных героев одноименного романа Гончарова «Обломов»;
• Они потеряли на войне двух единственных сыновей.

Речевую ошибку можно заметить только в контексте, в этом ее отличие от ошибки грамматической, для обнаружения которой контекст не нужен.

Ниже приводятся общепринятые классификаторы грамматических и речевых ошибок.

Виды грамматических ошибок:

1. Ошибочное словообразование — Трудолюбимый, надсмехаться.
2. Ошибочное образование формы существительного — Многие чуда техники, не хватает время.
3. Ошибочное образование формы прилагательного — Более интереснее, красивше.
4. Ошибочное образование формы числительного — С пятистами рублями.
5. Ошибочное образование формы местоимения — Ихнего пафоса, ихи дети.
6. Ошибочное образование формы глагола — Они ездиют, хочут, пиша о жизни природы.
7. Нарушение согласования — Я знаком с группой ребят, серьезно увлекающимися джазом.
8. Нарушение управления — Нужно сделать свою природу более красивую.
   Повествует читателей.
9. Нарушение связи между подлежащим и сказуемым — Большинство возражали против такой оценки его творчества.
10. Нарушение способа выражения сказуемого в отдельных конструкциях — Он написал книгу, которая эпопея.
    Все были рады, счастливы и веселые.
11. Ошибки в построении предложения с однородными членами — Страна любила и гордилась поэтом.
    В сочинении я хотел сказать о значенииспорта и почему я его люблю.
12. Ошибки в построении предложения с деепричастным оборотом — Читая текст, возникает такое чувство…
13. Ошибки в построении предложения с причастным оборотом — Узкая дорожка была покрыта проваливающимся снегом под ногами.
14. Ошибки в построении сложного предложения — Эта книга научила меня ценить и уважать друзей, которую я прочитал еще в детстве.Человеку показалось то, что это сон.
15. Смешение прямой и косвенной речи — Автор сказал, что я не согласен с мнением рецензента.
16. Нарушение границ предложения — Когда герой опомнился. Было уже поздно.
17. Нарушение видовременной соотнесенности глагольных форм — Замираетна мгновение сердце и вдруг застучит вновь.

Речевые ошибки

Виды речевых ошибок:

1. Типичные грамматические ошибки (К9)Употребление слова в несвойственном ему значении — Мы были шокированы прекрасной игрой актеров.
   Мысль развивается на продолжении всего текста.
2. Неразличение оттенков значения, вносимых в слово приставкой и суффиксом — Мое отношение к этой проблеме не поменялось.Были приняты эффектные меры.
3. Неразличение синонимичных слов — В конечном предложении автор применяет градацию.
4. Употребление слов иной стилевой окраски — Автор, обращаясь к этой проблеме, пытается направить людей немного в другую колею.
5. Неуместное употребление эмоционально-окрашенных слов и фразеологизмов — Астафьев то и дело прибегает к употреблению метафор и олицетворений.
6. Неоправданное употребление просторечных слов — Таким людям всегда удается объегорить других.
7. Нарушение лексической сочетаемости — ​​​​​​Автор увеличивает впечатление. Автор использует художественные >особенности (вместо средства).
8. Употребление лишних слов, в том числе плеоназм — Красоту пейзажа автор передает нам с помощью художественных приемов.Молодой юноша, очень прекрасный.
9. Употребление однокоренных слов в близком контексте (тавтология) — В этом рассказе рассказывается о реальных событиях.
10. Неоправданное повторение слова — Герой рассказа не задумывается над своим поступком. Герой даже не понимает всей глубины содеянного.
11. Бедность и однообразие синтаксических конструкций — Когда писатель пришел в редакцию, его принял главный редактор. Когда они поговорили, писатель отправился в гостиницу.
12. Неудачное употребление местоимений — Данный текст написал В. Белов. Он относится к художественному стилю.У меня сразу же возникла картина в своем воображении.

Это ошибки, связанные с употреблением глагола, глагольных форм, наречий, частиц:

1. Ошибки в образовании личных форм глаголов: Им двигает чувство сострадания (следует: движет);
2. Неправильное употребление видовременных форм глаголов: Эта книга дает знания об истории календаря, научит делать календарные расчеты быстро и точно (следует: . даст. научит. или . дает. учит. );
3. Ошибки в употреблении действительных и страдательных причастий: Ручейки воды, стекаемые вниз, поразили автора текста (следует: стекавшие);
4. Ошибки в образовании деепричастий: Вышев на сцену, певцы поклонились (норма: выйдя);
5. Неправильное образование наречий: Автор тута был не прав (норма: тут);

Эти ошибки связаны обычно с нарушением закономерностей и правил грамматики и возникают под влия­нием просторечия и диалектов.

К типичным можно отнести и грамматико-синтаксические ошибки:

1. Нарушение связи между подлежащим и сказуемым: Главное, чему теперь я хочу уделить внимание, это художе­ственной стороне произведения (норма: … это художественная сторона произведения); Чтобы прино­сить пользу Родине, нужно смелость, знания, честность (норма: . нужны сме­лость, знания, честность);
2. Ошибки, связанные с употреблением частиц, например, неоправданный повтор: Хорошо было бы, если бы на картине стояла бы подпись художника; отрыв частицы от того компонента предложения, к которому она относится (обычно частицы ставятся перед теми членами предложения, кото­рые они должны выделять, но эта законо­мерность часто нарушается в сочинениях): В тексте всего раскрываются две проблемы» (ограничи­тельная частица «всего» должна стоять пе­ред подлежащим: «. всего две проблемы»);
3. Неоправданный пропуск подлежащего (эллипсис): Его храбрость, (?) постоять за честь и справедливость привлекают автора текста;
4. Неправильное построение сложносочиненного предложения: Ум автор текста понимает не только как просвещенность, интеллигентность, но и с понятием «ум­ный» связывалось представление о вольноду­мстве.

Типичные речевые ошибки (К10)

Это нарушения, связанные с неразвитостью речи: плеоназм, тавтология, речевые штам­пы; немотивированное использование просторечной лексики, диалектизмов, жаргонизмов; неудачное использо­вание экспрессивных средств, канцелярит, неразличение (смеше­ние) паронимов; ошибки в употреблении омонимов, антонимов, синонимов; не устраненная контекстом многозначность.

К наиболее частотным речевым ошибкам относятся:

1. Неразличение (смешение) паронимов:В таких случаях я взглядываю в «Философский словарь» (глагол взглянуть обычно требует управления существительным или местоимением с предлогом «на» («взглянуть на кого-нибудь или на что-нибудь»), а глагол заглянуть («быстро или украдкой посмот­реть куда-нибудь, взглянуть с целью узнать, выяснить что-нибудь»), который необходи­мо употребить в приведённом предложе­нии, управляет существительным или местоимением с предлогом «в»);
2. Ошибки в выборе синонима:Имя этого поэта знако­мо во многих странах (вместо слова изве­стно в предложении ошибочно употреб­лен его синоним знакомо);Теперь в нашей печати отводится значительное пространство для рекламы, и это нам не импонирует (в дан­ном случае вместо слова пространство лучше употребить его синоним – место; и ноязычное слово импонирует также требует синонимиче­ской замены);
3. Ошибки в подборе антонимов при построении антитезы:В третьей части текста ве­селый, а не мажорный мотив застав­ляет нас задуматься (антитеза требует точ­ности при выборе слов с противоположными значениями, а слова«веселый» и «мажорный» антонимами не являются;
4. Разрушение образной структуры фразеологизмов, что случается в неудачно организованном кон­тексте:Этому, безусловно, талантливому писателю Зощенко палец в рот не клади, а дай только посмешить читателя.

Логические ошибки

Логические ошибки связаны с нарушением логической правильности речи. Они возникают в результате нарушения законов логики, допущенного как в пределах одного предложения, суждения, так и на уровне целого текста.

1. сопоставление (противопоставление) двух логически неоднородных (различных по объему и по содержанию) понятий в предложении;
2. в результате нарушения логического закона тождества, подмена одного суждения другим.

Композиционно-текстовые ошибки

1. Неудачный зачин. Текст начинается предложением, содержащим указание на предыдущий контекст, который в самом тексте отсутствует, наличием указательных словоформ в первом предложении, например: В этом тексте автор…
2. Ошибки в основной части.
   • Сближение относительно далеких мыслей в одном предложении.
   • Отсутствие последовательности в изложении; бессвязность и нарушение порядка предложений.
   • Использование разнотипных по структуре предложений, ведущее к затруднению понимания смысла.
3. Неудачная концовка. Дублирование вывода, неоправданное повторение высказанной ранее мысли.

Фактические ошибки

Фактические ошибки — разновидность неязыковых ошибок, заключающаяся в том, что пишущий приводит факты, противоречащие действительности, дает неправильную информацию о фактических обстоятельствах, как связанных, так и не связанных с анализируемым текстом (фоновые знания)

1. Искажение содержания литературного произведения, неправильное толкование, неудачный выбор примеров.
2. Неточность в цитате. Отсутствие указания на автора цитаты. Неверно названный автор цитаты.
3. Незнание исторических и др. фактов, в том числе временное смещение.
4. Неточности в именах, фамилиях, прозвищах литературных героев. Искажения в названиях литературных произведений, их жанров, ошибка в указании автора.

Орфографические, пунктуационные, графические ошибки

При проверке грамотности (К7-К8) учитываются ошибки

1. На изученные правила;
2. Негрубые(две негрубые считаются за одну):
   • в исключениях из правил;
   • ­в написании большой буквы в составных собственных наименованиях;
   • ­в случаях раздельного и слитного написания не с прилагательными и причастиями,
   • выступающими в роли сказуемого;
   • ­в написании и и ы после приставок;
   • ­в трудных случаях различения не и ни (Куда он только не обращался! Куда он ни обращался, никто не мог дать ему ответ. Никто иной не …; не кто иной, как…; ничто иное не …; не что иное, как … и др.);
   • ­в случаях, когда вместо одного знака препинания поставлен другой;
   • ­в пропуске одного из сочетающихся знаков препинания или в нарушении их последовательности;

Необходимо учитывать также повторяемость и однотипность ошибок. Если ошибка повторяется в одном и том же слове или в корне однокоренных слов, то она считается за одну ошибку.

1. Однотипные (первые три однотипные ошибки считаются за одну ошибку, каждая следующая подобная ошибка учитывается как самостоятельная): ошибки на одно правило, если условия выбора правильного написания заключены в грамматических (в армии, в роще; колют, борются) и фонетических (пирожок, сверчок) особенностях данного слова. Важно.
   • Понятие об однотипных ошибках не распространяется на пунктуационные ошибки.
   • Не считаются однотипными ошибки на такое правило, в котором для выяснения
2. Повторяющиеся (считается за одну ошибку повтор в одном и том же слове или в корне однокоренных слов)

Графические ошибки – различные приемы сокращения слов, использование пробелов между словами, различных подчеркиваний и шрифтовых выделений. К ним относятся: различные описки и опечатки, вызванные невнимательностью пишущего или поспешностью написания.

Распространенные графические ошибки:

Источник

Adblock
detector

Фактическая
ошибка – это неправильное
представление, заблуждение лица о
фактических обстоятельствах, относящихся
в основном к двум элементам состава
преступления – объекту и объективной
стороне.

С
учетом влияния на квалификацию содеянного
и, соответственно, на уголовную
ответственность на уровне науки
уголовного права выделяют:

а)
фактические ошибки, имеющие юридическое
значение. Это ошибки относительно
конструктивных (обязательных) признаков
элементов состава преступления. Такие
ошибки оказывают влияние на квалификацию
содеянного;

б)
фактические ошибки, не имеющие
юридического значения, т.е ошибки
относительно обстоятельств, не являющихся
обязательными признаками состава
конкретного преступления. По указанным
причинам эти виды ошибок не влияют на
квалификацию преступления.

С
учетом содержания субъективного
отношения лица к совершаемому общественно
опасному деянию фактические ошибки
разделяются на:

а)
извинительные ошибки (добросовестное
заблуждение) имеют место, когда лицо
не сознавало и по обстоятельствам
дела не должно было или не могло
сознавать факт своего заблуждения
относительно обстоятельств, имеющих
уголовно-правовое значение для
квалификации преступления. Подобные
ситуации подлежат правовой оценке с
применением положений ст. 26 УК (Невиновное
причинение вреда (случай);

б)
неизвинительные ошибки, в условиях
которых лицо не сознавало факт своего
заблуждения относительно обстоятельств,
имеющих уголовно-правовое значение для
квалификации преступления, хотя при
необходимой внимательности и
предусмотрительности должно было и
могло это сознавать.

В
литературе высказываются суждения, что
неизвинительная ошибка всегда охватывается
категорией неосторожности, поэтому
деление ошибок на извинительную и
неизвинительную необоснованно. Однако
более расширенный анализ фактических
обстоятельств, при наличии которых
могут проявляться различные варианты
ошибок, показывает, что неизвинительная
ошибка не является однозначным условием
для устранения умысла и не обязательно
ведет к неосторожной форме вины. Правовая
оценка содеянного при неизвинительной
ошибке может находить свое применение
и в рамках умысла. Просто с учетом
особенностей ее содержания неизвинительная
ошибка может свидетельствовать о наличии
не умышленной, а неосторожной вины.

Влияние
фактической ошибки на квалификацию
преступления объясняется тем, что в ее
условиях субъект заблуждается
непосредственно относительно самого
деяния и обстоятельств его совершения.
При таких обстоятельствах ошибка всегда
связана с изменением представления
лица о социальной значимости
действия (бездействия), а соответственно,
и о характере и степени общественной
опасности деяния, что не может не повлиять
на квалификацию, в основе которой
первостепенное значение имеет оценка
именно характера и степени общественной
опасности содеянного. Конкретно такое
влияние ошибки на квалификацию зависит
от того, в наличии или отсутствии
признаков состава ошибалось лицо:

а)
считало, что в конструкции элементов
конкретного состава существуют юридически
значимые признаки, которых в действительности
не было;

б)
считало, что в конструкции элементов
конкретного состава не существует
юридически значимых признаков, которые
в действительности были в наличии.

В
зависимости от содержания неправильных
представлений лица в науке уголовного
права (что подтвержено и судебной
практикой) принято выделять различные
варианты фактических ошибок. Рассмотрим
особенности квалификации преступлений
в рамках следующей их классификации:

1)
ошибка в объекте;

2)
ошибка в предмете;

3)
ошибка в личности потерпевшего;

4)
ошибка в признаках объективной стороны;

5)
ошибка в квалифицирующих признаках
элементов состава;

6)
ошибка относительно привилегированных
признаков состава.

Общее
правило квалификации при фактической
ошибке состоит в том, что фактическая
ошибка всегда изменяет квалификацию.
Наиболее распространены два возможных
варианта квалификации с использованием
приема юридической фикции:

1)
совершенное деяние квалифицируется
как покушение и по совокупности –
неосторожное преступление;

2)
совершенное деяние
квалифицируется
только как покушение на преступление.
[68]

Ошибка
в объекте –
это неправильное представление о
характере нарушаемых лицом общественных
отношений. Специфика данной ошибки
заключается в том, что она проявляется
в рамках умысла. Как правило, эта ошибка
не меняет формы вины и устанавливается
лишь содержанием вины в рамках определенной
ее формы. Наукой уголовного права и
судебной практикой выработано несколько
вариантов подобных ошибок:

а)
основная ее разновидность возможна
только при конкретизированном умысле,
когда виновный четко представляет тот
объект, которому намерен причинить
вред, однако фактически вред по ошибке
причиняется другому объекту.
Например, лицо намеревалось совершить
террористический акт путем посягательства
на жизнь государственного деятеля с
целью воспрепятствовать его политической
деятельности, но по ошибке был убит
другой человек, не обладающий названными
признаками. В данном примере реально
вред государству не причинен, а имели
место лишь действия, направленные на
причинение такого вреда, которые
оказались не доведенными до конца по
обстоятельствам, не зависящим от воли
виновного лица. Содеянное подлежит
квалификации с учетом направленности
умысла как покушение на то преступление,
которое виновный желал совершить (ч. 1
ст. 14 и ст. 359 УК).

Вторая
ситуация. Лицо считало, что приобрело
наркотики, а в действительности имел
место обманный сбыт порошка, не обладающего
свойствами наркотиков. В п. 15 постановления
№ 1 Пленума Верховного Суда РБ от
26.03.2001 г. (с изм. и доп.) «О судебной практике
по делам о преступлениях, связанных с
наркотическими средствами, психотропными
веществами и их прекурсорами,
сильнодействующими и ядовитыми веществами
(ст.ст. 327 – 334 УК)» дано разъяснение
правовой оценки ситуаций, когда под
видом, например, наркотических средств
сбывались какие-либо иные вещества:
«Приобретатели в таких случаях несут
ответственность за покушение на
незаконное приобретение наркотических
средств…» [62];

б)
ошибка, которая проявилась в посягательстве
на однородный объект. Например,
лицо, похищая у сельского почтальона
велосипед, полагало, что это частная
собственность. В действительности
велосипед был выдан организацией для
доставки почты. Данная ошибка юридического
значения не имеет, т.к. отношения
государственной и частной собственности
охраняются нормами УК одинаково (ст.ст.
205, 206 и др.);

в)
ошибка, которая проявилась в посягательстве
на два и более разнородных объекта.
Лицо ошибочно полагает, что посягает
только на один объект, тогда как фактически
посягательство осуществляется на два
и более разнородных объекта уголовно-правовой
охраны. Здесь возможны следующие варианты
квалификации:

• по
  совокупности как оконченное
  преступление против того объекта, на
  который были направлены действия
  (бездействия) виновного, и неосторожное
  преступление, затрагивающее другой
  объект, если виновный должен был и мог
  предвидеть возможность причинения
  вреда другому объекту [35];

• по
  совокупности преступлений как покушение
  на объект в соответствии с направленностью
  умысла и оконченное преступление
  с неосторожной формой вины на другой
  объект.

Например,
с целью убийства сотрудника органов
внутренних дел Д. в связи с его
профессиональной деятельностью в
условиях ограниченной видимости в
действительности выстрел производится
в П., который имеет существенное внешнее
сходство с Д. Имеет место ошибка в
объекте. Содеянное квалифицируется по
совокупности преступлений: покушение
на убийство Д. (ч. 1 ст. 14 и ст. 362 УК, объект
– отношения в сфере порядка уп­равления)
и причинение смерти по неосторожности
(ст. 144 УК, объект – жизнь человека);

г)
в ситуациях, когда причиненный вред по
неосторожности
является
квалифицирующим признаком преступления,
на которое был направлен умысел виновного
лица, совокупность преступлений
отсутствует. Содеянное квалифицируется
по признакам сложного
единичного
преступления при условии, что виновное
лицо должно было и могло предвидеть,
что своими действиями одновременно
может причинить вред и другому объекту.

Например,
на почве возникших конфликтных отношений
А. с целью уничтожения имущества поджег
дачный домик своего соседа. При пожаре
огонь причинил тяжкие телесные повреждения
гостившему у соседа его другу, который
остался ночевать из-за сильного опьянения.
Содеянное квалифицируется по ч. 3 ст.
218 УК (Умышленное уничтожение имущества,
повлекшее по неосторожности причинение
тяжкого телесного повреждения);

д)
умысел виновного лица был направлен на
причинение вреда нескольким разнородным
объектам, но фактически пострадал
только один из них. Содеянное квалифицируется
по признакам совокупности преступлений:
покушение на один объект и оконченное
преступление в отношении второго
объекта, которому фактически был причинен
вред, охватываемый умыслом виновного
лица.

Например,
виновный поджег дом с целью убийства
его жильцов, но благодаря своевременно
принятым мерам люди были спасены.
Содеянное подлежит квалификации как
умышленное уничтожение имущества (ст.
218 УК) и покушение на убийство двух и
более лиц общеопасным способом (п.п. 1 и
5 ч. 2 ст. 139 УК).

Ошибка
в предмете посягательства – это
заблуждение (неправильное представление)
лица относительно характеристик
предметов в рамках тех общественных
отношений, на которые посягало лицо.
Ошибка в предмете может влиять, а может
и не влиять на квалификацию. Правильная
правовая оценка ситуации зависит от
того, включен ли предмет преступления
в норму в качестве конструктивного
(обязательного) признака или нет. Если
предмет преступления в конструкции
объекта конкретной уголовно-правовой
нормы не нашел своего отражения, то его
фактическое наличие не влияет на
квалификацию. И наоборот, если признание
деяния связано с обязательным наличием
предмета в конструкции преступления,
то его точное установление и правовая
оценка является непременным условием.
Рассмотрим варианты квалификации:

а)
ущерб (вред) виновное лицо причиняет
тому объекту, которому и намеревался,
но ошибается в предмете. Например,
похищая из контейнера коробки, преступники
считали, что в них находятся малогабаритные
транзисторные приемники. В действительности
в коробках оказались дезодоранты и
туалетная вода, упаковка которых была
похожа на упаковку приемников. Эта
ошибка на квалификацию не влияет (кража
имущества – ст. 205 УК);

б)
если одновременно ошибка в предмете
сопровождается ошибкой в объекте,
то содеянное подлежит квалификации в
соответствии с направленностью умысла.
Например, лицо ошибочно приняло газовый
пистолет за боевое оружие и совершило
его кражу. Содеянное квалифицируется
по ч. 1 ст. 14 и ч. 1 ст. 294 УК (Покушение на
хищение огнестрельного оружия);

в)
как разновидности анализируемых видов
ошибок (ошибка в объекте и ошибка в
предмете) в юридической литературе
выделяют посягательство на отсутствующий
объект (предмет) и ошибку относительно
качества предмета (иногда эту ошибку
называют посягательством на «негодный
объект», «негодный предмет»). Например,
лицо взламывает сейф и обнаруживает,
что он пуст. Ответственность наступает
за покушение на кражу имущества в
соответствии с направленностью умысла.

В
литературе часто приводится дискуссионный
пример правовой оценки действий лица,
пытавшегося причинить смерть мертвому
человеку, ошибочно принятому за живого
(«выстрел в труп»). Установление уголовной
ответственности за выстрел в труп
связано с тем, что, будь на месте трупа
живой человек, он мог быть убит. По мнению
С.В. Бородина, убийство умершего человека
«совершить невозможно, но действия лица
все же представляют общественную
опасность, поскольку последствия не
наступают по не зависящим от этого лица
причинам. Оно должно нести ответственность
за покушение на негодный объект»
Применительно к подобным ситуациям по
этому пути идет и судебная практика.
[8]

Кстати,
употребляемая в отдельных источниках
терминология «негодный объект» или
«негодный предмет», а соответственно,
и покушение на них, не является бесспорной.
Возникает вопрос: если объект «негодный»
либо «отсутствующий», то какой смысл
его защищать нормами уголовного закона?
Кроме того, сомнительной воспринимается
ситуация, что лицо, сознавая фактическое
содержание своего поведения, будет
покушаться на «отсутствующий объект
или предмет». Тогда неуместен разговор
и об ошибке. Тем не менее, за отсутствием
более научно обоснованной терминологии
согласимся с употреблением в учебном
процессе вышеуказанных понятий.

Ошибка
в личности потерпевшего – это ошибка
определения личности человека, в
отношении которого осуществляется
преступное посягательство. При ошибке
в личности виновный, посягая на конкретное
лицо, по ошибке принимает его за другое.
Возможные следующие варианты подобной
ошибки:

а)
если ошибка в личности не сопровождается
ошибкой в объекте преступления, то
она не оказывает влияния на квалификацию.
Эта ошибка заключается в том, что
виновный, посягая на определенное лицо,
по ошибке принимает за него другое лицо
и причиняет ему вред. Например, Н.,
подкарауливший с целью убийства любовника
своей жены в темном подъезде, выстрелом
из пистолета по ошибке убил другого
гражданина. Здесь, как и при ошибке в
предмете, объектом остается жизнь
человека, не обладающего какими-либо
специальными дополнительными признаками.
Виновный посягал на жизнь человека и
свое намерение осуществил. Следовательно,
такая ошибка не оказывает влияние на
форму вины и на квалификацию содеянного
(оконченный состав убийства – ст.139
УК);

б)
если ошибка в личности
одновременно
оказывается
и ошибкой
в объекте.
Например, посягая на жизнь сотрудника
милиции, субъект по ошибке убил гражданина,
не имевшего никакого отношения к
правоохранительным органам. В этом
случае имеет место посягательство на
порядок управления (ст. 362 УК), хотя
фактически было осуществлено посягательство
на жизнь человека (ст. 139 УК). Здесь
наблюдается одновременно ошибка в
объекте и ошибка в личности. Содеянное
в подобных ситуациях подлежит квалификации
по правилам ошибки в объекте в соответствии
с направленностью умысла на конкретный
объект уголовно-правовой охраны
(покушение – ч. 1 ст. 14 и ст. 362 УК).

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]

• #
• #
• #
• #
• #
• #
• #
• #
• #
• #
• #

Из новой демоверсии 2023.

Изменения

Изменена формулировка задания.

Изменён максимальный балл по критерию К2 «Комментарий к сформулированной проблеме исходного текста» (уменьшен с 6 до 5).

В критериях К7 и К8 исключено понятие «негрубая ошибка».

Уточнены нормы оценивания сочинения при наличии фактической(-их) ошибки (ошибок); в связи с этим внесены коррективы в критерии К1, К2, К3, К12.

В критериях оценивания сняты ограничения на максимальный объём сочинения.

Формулировка задания 27

Напишите сочинение по прочитанному тексту.

Сформулируйте одну из проблем, поставленных автором текста.

Прокомментируйте сформулированную проблему. Включите в комментарий два примера-иллюстрации из прочитанного текста, которые важны для понимания проблемы исходного текста (избегайте чрезмерного цитирования). Дайте пояснение к каждому примеру-иллюстрации.

Проанализируйте смысловую связь между примерами-иллюстрациями.

Сформулируйте позицию автора (рассказчика).

Сформулируйте и обоснуйте своё отношение к позиции автора (рассказчика) по проблеме исходного текста.

Объём сочинения – не менее 150 слов.

Работа, написанная без опоры на прочитанный текст (не по данному тексту), не оценивается. Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается 0 баллов.

Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.

Критерии оценивания

При оценке грамотности (К7–К10) следует учитывать объём сочинения. Указанные в таблице нормы оценивания разработаны для сочинения объёмом 150 и более слов.

Если в сочинении 69 и менее слов, то такая работа не засчитывается и оценивается 0 баллов, задание считается невыполненным.

При оценке сочинения объёмом от 70 до 149 слов количество допустимых ошибок четырёх видов (К7–К10) уменьшается. Два балла по этим критериям ставится в следующих случаях:

К7 – орфографических ошибок нет;
К8 – пунктуационных ошибок нет.

Один балл по этим критериям ставится в следующих случаях:

К7 – допущено не более двух ошибок;
К8 – допущено не более двух ошибок;
К9 – грамматических ошибок нет;
К10 – допущено не более одной речевой ошибки.

Высший балл по критериям К7–К12 за работу объёмом от 70 до 149 слов не ставится.

Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа по всем аспектам проверки (К1−К12) оценивается 0 баллов.

Если в работе, представляющей собой переписанный или пересказанный исходный текст, содержатся фрагменты текста экзаменуемого, то при проверке учитывается только то количество слов, которое принадлежит экзаменуемому. Работа, написанная без опоры на прочитанный текст (не по данному тексту), не оценивается.

Типы ошибок (фактические, логические, речевые)

Фактические ошибки

Нарушение требования достоверности в передаче фактического материала вызывает фактические ошибки, представляющие собой искажение изображаемой в высказывании ситуации или отдельных ее деталей.

К фактическим ошибкам можно отнести различного рода фактические неточности: неверно указанные годы жизни писателя или время создания художественного произведения, неверные обозначения топонимов, ошибки в употреблении терминологии, неправильно названные жанры, литературные течения и направления и т. д. Например, в работах 2008 года присутствовала типичная фактическая ошибка: экзаменуемые плохо припоминали фамилию одной из героинь романа И.А. Гончарова «Обломов»: вместо указания на Пшеницыну в экзаменационных работах можно было обнаружить, например, Хозяйкину. Экзаменуемые часто путают не только имена героев, но названия произведений (так, часть экзаменуемых 2008 г. не могли точно указать названия глав романа М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени»).

Фактические ошибки можно разделять на грубые и негрубые. Безусловно, если экзаменуемый утверждает, что автором «Евгения Онегина» является Лермонтов, или называет Татьяну Ларину Ольгой – это грубые фактические ошибки. Если же вместо «Княжна Мери», выпускник написал «Княжна Мэри», то эта ошибка может оцениваться экспертом как фактическая неточность или описка и не учитываться при оценивании работы.

Вследствие плохого знания текста произведения экзаменуемые неправильно интерпретируют поступки и слова персонажей, события, «вкладывая» в текст отсутствующий в нем смысл; ошибочно или неполно определяют роль анализируемого фрагмента в художественном произведении; неверно выделяют структурные элементы текста (часть, главу и т.д.); искажают сюжет и проч. Например, в одной из работ утверждалось, что счастью Катерины и Бориса (пьеса А.Н. Островского «Гроза») помешали родители Бориса. К сожалению, немало примеров, показывающих отсутствие какой-либо ориентированности в тексте. Одно из заданий по пьесе Д.И. Фонвизина «Недоросль» требовало от экзаменуемых перечисления положительных персонажей комедии. У ряда учащихся получались весьма неожиданные комбинации: наряду с Милоном, Правдиным и Стародумом назывались (по принципу «что помню») Скотинин, Простакова, Вральман (не помогала даже наличие «говорящих» фамилий). Незнание текстов приводит к построению неудачных или ложных сопоставлений при выполнении заданий, требующих привлечения литературного контекста. В одном из вариантов экзаменационной работы был предложен вопрос: «Какие стихотворения русских поэтов носят характер лирической исповеди и какие мотивы сближают их со стихотворением С.А. Есенина «Письмо матери»? Некоторые экзаменуемые шли по пути перечисления поэтов наудачу, разумеется, не забывая Пушкина (в расчете на его «всеохватность») и попадали впросак, поскольку «материнской» темы поэт не коснулся в своей лирике (есть лишь такой адресат, как няня).

Итак, к типичным фактическим ошибкам относятся:

1) искажение историко-литературных фактов;

2) искажение имён собственных;

3) ошибки в обозначении времени и места события;

4) ошибки в передаче последовательности действий, в установлении причин и следствий событий и т.п.

Логические ошибки

Экзаменуемые, затрудняющиеся в понимании специфики и логики поставленного вопроса, обычно демонстрируют неумение логично и аргументированно строить собственное монологическое высказывание, неумение делать обобщения.

Контроль за соблюдением основных законов логического мышления – обязательный этап анализа сочинения. Лучшие работы экзаменуемых отличает четкость суждений, непротиворечивость, последовательность изложения мыслей и обоснованность тезисов и выводов.

Логические ошибки, по определению Д. Э. Розенталя, – это неразличение «близких в каком-либо отношении обозначаемых понятий. Нередко экзаменуемый не различает причину и следствие, часть и целое, смежные явления, родовидовые, видовые и другие отношения». (Например: «Так как Обломов – человек ленивый, у него был Захар – его слуга»).

Вариантность смысловой организации текста не безгранична: законы правильного мышления определяют ясное развитие мысли. Логическая доброкачественность информации, которую несёт текст, определяется её достоверностью, точностью и непротиворечивостью.

Каждая мысль текста при повторении должна иметь определенное, устойчивое содержание (предмет рассуждения не должен меняться произвольно в ходе повторения, понятия – подменяться и смешиваться).

Сбивчивость мышления, недостаточная осведомлённость могут привести к присутствию в сочинении двух противоположных суждений об одном и том же предмете, поданных экзаменуемым как истинные.

Точность подбора тезисов, чёткость их формулировки, конструктивная ясность текста способствуют логической определённости изложения, позволяют достичь последовательности развития мысли.

Сочинение должно быть доказательным (всякая истинная мысль должна быть обоснована другими мыслями, истинность которых доказана). При соблюдении этого требования все мысли, высказанные в тексте, вытекают одна из другой. Таким образом, в сочинении все мысли должны быть внутренне связаны друг с другом, вытекать одна из другой, обосновывать одна другую. Истинность суждений должна быть подтверждена надёжными доказательствами.

К характерным логическим ошибкам экзаменуемых относятся:

1) нарушение последовательности высказывания,

2)отсутствие связи между частями предложения,

3)неоправданное повторение высказанной ранее мысли,

4)раздроблениемикротемы другой микротемой,

5)несоразмерность частей высказывания,

6)отсутствие необходимых частей высказывания,

7)перестановка частей высказывания и т.п.

Речевые ошибки

Речевые ошибки следует отличать от ошибок грамматических, которые состоят в ошибочном словообразовании, ошибочном образовании форм частей речи, в нарушении согласования, управления, а также в нарушении связи между подлежащим и сказуемым, ошибочном построении предложения с деепричастным или причастным оборотом, однородными членами, а также сложных предложений, в смешении прямой и косвенной речи, в пропусках необходимых слов и нарушении границ предложения.

(См. Оценка знаний, умений и навыков учащихся по русскому языку. Пособие для учителя. – Москва.: Просвещение, 1986. С. 81).

Эти ошибки, несомненно, снижают качество работы, и грубейшие из них могут быть отнесены к речевым.

К изложению литературного материала прямое отношение имеют речевые и стилистические ошибки. Стилистические ошибки являются одним из видов речевых ошибок. Их разграничение важно для работ высокого качества. К речевым ошибкам лексического характера следует отнести:

1) употребление слова в несвойственном ему значении;

2) нарушение лексической сочетаемости;

3) употребление лишнего слова (плеоназм);

4) употребление рядом однокоренных слов (тавтология);

5) употребление слова (или выражения) иной стилевой окраски;

6) нарушение видо-временной соотнесённости глагольных форм;

7) бедность и однообразие синтаксических конструкций;

неудачный порядок слов (та же работа, с. 87).

Еще раз подчеркнем, что разновидностью речевых ошибок являются стилистические. «Стилистические смешения, – как указывает В.И. Капинос, – это особая группа речевых недочётов, которые разрушает единство стиля высказывания» (та же работа, с. 86).

К стилистическим ошибкам следует относить:

1) употребление иностилевых слов и выражений;

2) неудачное использование экспрессивных, эмоционально-окрашенных средств;

3) немотивированное применение диалектных и просторечных слов и выражений;

4) смешение лексики разных исторических эпох.

Соблюдение единства стиля – самое высокое достижение пишущего. Поэтому стилистические смешения В.И. Капинос справедливо предлагает называть стилистическими недочётами.

Под ошибкой в уголовном праве принято понимать заблуждение лица относительно характера и степени общественной опасности совершаемого деяния и его уголовной противоправности. Весьма распространено, особенно в учебной литературе, деление ошибок на юридические и фактические ошибки в уголовном праве. Рассмотрим, что означает фактическая ошибка в уголовном праве.

Различают следующие типичные виды фактической ошибки:

• ошибка относительно объекта посягательства;
• ошибка в личности потерпевшего или предмете преступления;
• ошибка в признаках объективной стороны состава преступления.

Ошибка и ее уголовно-правовое значение

При совершении преступления лицо иногда заблуждается относительно фактических обстоятельств содеянного либо его правовой оценки.

Например, виновное лицо считает, что причиняет смерть Б., а в действительности лишает жизни А. Или оно убеждено, что его действия не могут привести к смерти потерпевшего, а они фактически приводят к такому результату.

Ошибочное представление не может не учитываться при квалификации действий виновного, когда ошибка касается факта, образующего элемент состава преступления. При квалификации преступления всегда исходят из субъективного представления лица о содеянном, соотнося это представление с объективными обстоятельствами происшедшего. Иначе говоря, и объективно совершаемое, и субъективно воспринимаемое одинаково важны при квалификации преступления.

Однако, когда субъективно воспринимаемое и объективно совершаемое не совпадают, предпочтение должно отдаваться субъективному.Вопрос об ошибке не находит разрешения в уголовном законодательстве Российской Федерации. Он так или иначе решается в уголовно-правовой литературе, а также при правоприменении.

Весьма распространено, особенно в учебной литературе, деление ошибок на юридические и фактические. Подобная классификация имеет давнюю историю. Так, еще Н. С. Таганцсв положил в основу деления предмет, относительно которого возникает заблуждение. Он различал ошибку, относящуюся к фактическим обстоятельствам, и ошибку, относящуюся к законоположениям. В современной науке встречаются и иные классификации.

Например, П. С. Дагель классифицировал ошибки по предмету (юридическая и фактическая), по причинам возникновения (извинительная и неизвинительная), по своей значимости (существенная и несущественная), по степени оправданности (виновная и невиновная).

Классификация ошибок

Согласно установленному законодательству, принцип вины влечет за собой ответственность только за истинное представление лица о характере совершаемого им проступка и наступивших последствиях.

В статьях 25, 26 УК описаны пределы информационной нагрузки на интеллект преступника, он обязательно должен осознавать опасный характер подобного поведения, предвидеть наступление конкретных последствий, желать и сознательно допускать такие последствия, или относиться к ним безразлично.

Если человек не осознает всего вышеперечисленного, то его правовой статус может повлечь совершенно иное наказание. Человек будет признан психически нездоровым и неподсудным. Его отправляют на принудительное лечение.

Ошибка в уголовном праве это, как уже выше упоминалось, заблуждение, оно может быть юридическим или фактическим. Юридическая ошибка в уголовном праве — это заблуждение субъекта приступного деяния в преступности или непреступности данного деяния, в его квалификации и мерах принудительного воздействия. Фактическая ошибка в уголовном праве — это не отвечающее действительности представление лица о фактических обстоятельствах и последствиях своего деяния.

Уголовная ответственность лица, заблуждающегося относительно юридических свойств и последствий совершаемого им деяния, наступает в соответствии с оценкой этого деяния, не со стороны данного субъекта, а законодателем.

Иначе говоря, юридическая оплошность в уголовном праве обычно не влияет ни на форму вины, ни на саму квалификацию преступления. Фактическое заблуждение в уголовном праве, наоборот учитывает и форму вины, влияет на квалификацию преступления и на размер, вид наказания.

Фактическая и юридическая ошибка

С проблемой вины непосредственно связан вопрос об ошибке и ее влиянии на уголовную ответственность.

Под ошибкой в уголовном праве понимается заблуждение лица при совершении преступления относительно юридических признаков либо фактических обстоятельств этого преступного деяния.

УК не содержит специальных норм, определяющих понятие, виды и влияние и квалификация ошибок в уголовном праве на содержание вины и уголовную ответственность. Эти вопросы решаются наукой уголовного права и практикой. Наукой предложены различные классификации ошибок. Однако наиболее признанной является классификация ошибок на юридические и фактические.

Юридическая ошибка — это заблуждение лица относительно правовой характеристики совершенного деяния и его юридических последствий.

Такая ошибка может заключаться в заблуждении лица относительно противоправности деяния в целом либо по поводу его правовой квалификации или в части вида и размера наказания. По общему правилу юридическая ошибка не влияет на форму вины и уголовную ответственность.

Однако если заблуждение лица относительно противоправности совершенных им действий было извинительным, то такое заблуждение исключает уголовную ответственность лица в связи с отсутствием его вины. В отдельных случаях к лицу, совершившему под влиянием такой ошибки умышленное преступление, суд может применить правило о назначении более мягкого наказания, чем предусмотрено в законе.

Фактическая ошибка — это заблуждение лица относительно фактических обстоятельств совершенного деяния.

Различают ошибку в объекте, объективных свойствах действия (бездействия), в причинной связи, относительно обстоятельств, отягчающих и смягчающих наказание. В литературе также различают фактические ошибки в средствах и способе совершения преступления, в предмете посягательства и др. Фактические обстоятельства, характеризующие основной или квалифицированный состав, о которых не было известно лицу при совершении преступления, не могут быть вменены ему в умышленную вину.

Это положение относится и к деяниям, совершенным по неосторожности, если само по себе это незнание не заключает в себе неосторожности. В случае фактической ошибки уголовная ответственность лица должна определяться с учетом направленности его умысла.

Если лицо полагает, что оно похищает предметы или документы, имеющие особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, а фактически завладевает не имеющими такой ценности предметами, содеянное им следует квалифицировать как покушение на хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК).

Ошибка относительно объекта посягательства

При ошибке в объекте субъект заблуждается относительно качественной характеристики объекта посягательства, а также в количестве объектов, которым фактически причиняется вред. Можно выделить несколько видов ошибок в объекте посягательства:

• причинение вреда с точки зрения уголовно-правовой охраны менее важному объекту, чем тот, на который посягал субъект;
• причинение вреда с точки зрения уголовно-правовой охраны более важному объекту, чем тот, на который посягал субъект;
• причинение вреда другому, но однородному объекту;
• причинение вреда одному объекту при посягательстве на несколько объектов;
• причинение вреда нескольким объектам при посягательстве на один.

Рассмотрим данную классификацию ошибок в объекте сквозь призму преступлений против жизни.

Первый вид ошибки заключается в том, что субъект совершает преступление, которое наказывается менее строго, чем преступление, которое он намеревался совершить. Например, субъект намеревался причинить смерть работнику милиции в связи с его деятельностью по охране общественного порядка, жизнь которого находится по уголовно-правовой охраной (ст. 317 УК). Фактически же работник милиции не пострадал, а погиб гражданин, ложно принятый за работника милиции.

Посягательство на жизнь работника милиции в связи с его деятельностью по охране общественного порядка — это преступление против порядка управления, предусмотренное ст. 317 УК. Причинение смерти гражданину — это преступление против жизни, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК. Санкция за первое преступление — лишение свободы на срок от 12 до 20 лет либо смертная казнь; санкция за «простое» убийство — лишение свободы на срок от 6 до 15 лет. Понятно, что в данном случае виновный хотел совершить более тяжкое преступление, чем это произошло фактически.

В литературе подобного рода ошибки чаще всего предлагают квалифицировать по направленности умысла виновного, т. е. как покушение на то преступление, которое он намеревался совершить.

Иногда в подобных случаях предлагается двойная квалификация, т. е. как посягательство на жизнь работника милиции и убийство, поскольку посягательство на жизнь работника милиции — это двуобъектное преступление. Это посягательство на нормальную деятельность работников милиции и одновременно на жизнь человека. И если первый объект не пострадал по независящим от виновного причинам, то на второй объект посягательство фактически окончено, человек убит.

В настоящее время данный подход неприемлем потому, что в этом случае наказание будет гораздо строже, чем за убийство работника милиции. В самом деле, при совокупности преступлений (которой, кстати, нет фактически) наказание должно назначаться за каждое преступление, входящее в совокупность, а затем еще и складываться полностью или частично в пределах 25 лет лишения свободы. В то время как максимальное наказание за посягательство на жизнь работника милиции предусмотрено до 20 лет лишения свободы (смертная казнь в настоящее время практически не применяется).

Что касается составов преступлений, предусмотренных ст. 277, 295, 317 УК, то возникает еще одна проблема. С одной стороны, состав преступлений, предусмотренных данными статьями, сконструирован таким образом, что покушение на жизнь лиц, охраняемых названными специальными статьями УК, квалифицируется без ссылки на ч. 3 ст. 30 УК. «Такие действия, независимо от наступления преступного результата, следует квалифицировать как оконченное преступление…». С другой стороны, в соответствии с п. 3 ст. 66 УК срок или размер наказания за покушение на преступление не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК за оконченное преступление.

Если в рассматриваемом случае мы будем квалифицировать содеянное как оконченное преступление, то тем самым будет проигнорирован факт того, что фактически более тяжкое преступление субъектом не совершено. Если же квалифицировать содеянное как покушение на преступление, то это будет входить в противоречие с конструкцией состава преступления.

Представляется, что в данном случае все же более правильно квалифицировать содеянное как оконченное посягательство на жизнь работника милиции, т. е. но ст. 317 УК. Уголовный закон предусмотрел повышенную ответственность за сам факт посягательства на жизнь работника милиции независимо от последствий.

Следовательно, пострадал или нет работник милиции в результате преступного посягательства, для закона безразлично. Поскольку виновный совершил покушение на преступление, которое признается оконченным независимо от наступления преступных последствий, то и квалификация неудавшегося покушения должна быть соответствующей.

При втором виде ошибки субъект заблуждается относительно тяжести совершенного преступления. Рассмотрим приведенный выше пример, только несколько изменим условия: виновный посягал на жизнь А. из личных неприязненных отношений, а фактически причинил смерть работнику милиции Б., которого он ошибочно принял за А.

Привлечь виновного к ответственности по ст. 317 УК только на основании фактически наступившего результата, без учета его намерений, нельзя. Это будет объективное вменение, которое законом запрещено. Остается единственное решение: ошибка подобного рода не должна влиять на оценку действий виновного и содеянное следует квалифицировать как «простое» умышленное убийство, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК.

Большинство исследователей склонны считать, что ошибки третьего вида не должны влиять на уголовную ответственность субъекта, поскольку объекты посягательства юридически равнозначны.

Ошибка четвертого вида возникает, например, в случае, когда виновный посягал на жизнь нескольких лиц, уголовно-правовая охрана которых осуществляется неодинаково. Так, субъект последовательно стрелял из ружья, заряженного дробью, сначала в жену, а затем в работника милиции. В жену он стрелял из ревности во время скандала, а в работника милиции, который прибыл по вызову соседей, из-за того, что тот мешал ему выяснять отношения с женой.

Квалификация будет зависеть от того, кому субъект причинил смерть. Если в результате погибла женщина, а работник милиции не пострадал, то в этом случае действия виновного должны квалифицироваться по совокупности двух оконченных преступлений: убийство (ч. 1 ст. 105 УК) и посягательство на жизнь работника милиции (ст. 317 УК). Если погиб работник милиции, а женщина осталась жива, то квалифицировать действия виновного следует также по совокупности преступлений, но в отношении работника милиции — по ст. 317 УК, а в отношении женщины — по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 105 УК, т. е. как покушение на «простое» убийство.

Квалификация при ошибках пятого вида зависит от наступивших последствий и вины субъекта. Общие правила таковы. По отношению к основному объекту, на который посягал виновный, содеянное должно квалифицироваться как покушение или оконченный состав в зависимости от преступного результата. По отношению к иным объектам уголовно-правовая оценка может быть троякой: содеянное квалифицируется или как умышленное преступление, или как неосторожное, или не подлежит квалификации. Последнее имеет место в том случае, когда по отношению к наступившим последствиям отсутствует вина или когда причинение последствий по неосторожности не п р и з н ае гс я и р eery 11 л е н и е м.

Например, виновный совершил покушение на «простое» убийство П., выстрелив в него из ружья, заряженного дробью. В результате выстрела пострадали двое: П., которому был причинен тяжкий вред здоровью, и работник патрульно-постовой службы Е., неожиданно для виновного вышедший из-за угла дома, возле которого находился П. в момент выстрела.

В данном случае квалификация должна быть следующей. В отношении П. — как покушение на «простое» убийство (ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 105 УК), а в отношении работника патрульно- постовой службы — как причинение смерти по неосторожности (ч. 1 ст. 109 УК), так как специального состава, который предусматривал бы ответственность за неосторожное причинение смерти работнику патрульно-постовой службы, в законе нет.

Ошибка в личности потерпевшего или предмете преступления

Ошибка в личности имеет место в том случае, когда виновный, посягая на одно определенное лицо, заблуждается относительно личности потерпевшего.

От ошибки в объекте ошибка в личности отличается тем, что при ошибке в личности нет заблуждения субъекта относительно качественных признаков объекта посягательства: посягательство происходит в рамках одного объекта, одного общественного отношения.

При ошибке же в объекте имеется заблуждение относительно сферы общественных отношений, охраняемых уголовным законом. Иначе говоря, при ошибке в личности жизнь потерпевшего и того, кто должен был стать жертвой, охраняются одинаково. Например, субъект хотел из-за неприязненных отношений лишить жизни одного соседа, а ошибся и убил другого. Посягательство по личным мотивам на жизнь и первого и второго соседа квалифицируется как «простое» убийство, т. е. преступления совершаются в рамках одного общественного отношения. Это ошибка в личности.

При ошибке в объекте жизнь того, кто пострадал, и того, кто должен был стать жертвой, подлежит различной уголовно-правовой охране, т. е. посягательство на их жизнь квалифицируется по разным статьям УК.

По нашему мнению, следует различать три вида ошибок в личности виновного:

• простая ошибка в личности;
• ошибка в личности при квалифицирующих обстоятельствах;
• посягательство на негодный предмет (труп) или отсутствующий предмет (личность).

Простая ошибка заключается в том, что виновный, желая причинить смерть одному лицу, фактически причиняет смерть другому, ошибочно принятому за первого. По общему правилу простая ошибка в личности не влияет ни на форму вины, ни на квалификацию содеянного, ни на уголовную ответственность. Субъект правильно воспринимает объект посягательства. Он умышленно причиняет смерть человеку. Поэтому он должен отвечать за убийство человека, так как жизнь любого человека подлежит уголовно-правовой охране.

Имеется несколько разновидностей ошибок в личности при квалифицирующих обстоятел ьствах.

Например, субъект по найму убивает потерпевшего, при этом он ошибается в его личности. В этом случае виновный действует по определенному мотиву (корыстному). Мотив — квалифицирующий признак, присущий виновному, а не объективным обстоятельствам. Кроме того, субъект заблуждается относительно личности потерпевшего. Поскольку простая ошибка в личности не влияет на квалификацию содеянного, а преступление совершено по корыстному мотиву, виновный должен отвечать за убийство, совершенное по найму, несмотря на ошибку в личности, т. е. за преступление, предусмотренное п. «з» ч. 2 ст. 105 УК.

Очень похожая ошибка происходит в случае, когда виновный, желая причинить смерть лицу в связи с выполнением данным лицом общественного долга, по ошибке причиняет смерть другому. Например, субъект, желая причинить смерть К., так как последний свидетельствовал против виновного в суде, производит выстрел, в результате которого пострадал сосед К., по ошибке принятый субъектом за К.

Виновный действовал по мотиву мести за выполненный общественный долг, но ошибся в личности потерпевшего. Теоретически в данном случае возможны три варианта квалификации действий виновного: 1) как «простое» убийство, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК; 2) как покушение на убийство, предусмотренное п. «б» ч. 2 ст. 105 УК; 3) как убийство, предусмотренное п. «б» ч. 2 ст. 105 УК.

По нашему мнению, последний вариант квалификации представляется наиболее правильным, так как виновный совершил преступление по мотиву мести в связи с выполнением потерпевшим общественного долга. Тот факт, что он ошибся в личности потерпевшего, не должен влиять на оценку действий виновного, а поскольку он действовал по мотиву, являющемуся квалифицирующим признаком, то мотив должен обязательно найти отражение в квалификации содеянного.

Вышеназванные ошибки в личности при квалифицирующих обстоятельствах характеризуют субъект преступления, поэтому они не влияют на окончательную оценку его действий, так как внутренне присущи ему. Совершенно другое дело, когда ошибка в личности при квалифицирующих обстоятельствах касается объективных свойств личности потерпевшего.

В судебной практике встречаются ситуации, когда виновный, не зная о том, что потерпевший уже умер или погиб, действует с умыслом, направленным на причинение ему смерти. Это называется посягательством на негодный предмет (труп) или отсутствующий предмет (личность).

Например, В. убил в общежитии рабочего лесопункта Д. Гражданин О., находящийся в состоянии алкогольного опьянения, зашел в комнату, где лежал на полу уже мертвый Д., и, не подозревая, что Д. убит, острием топора нанес ему удар в область головы. Судебно-медицинская экспертиза установила, что смерть Д. наступила от острой кровопотсри в результате множественных ножевых ранений сердца. Рубленая рана в области лба нанесена после смерти Д.

По мнению большинства исследователей, в подобного рода случаях содеянное должно квалифицироваться как покушение на убийство, точно так же как и в случаях, когда совершается посягательство на человека, который фактически отсутствовал в момент посягательства.

Например, в квартиру предпринимателя была брошена граната, разрыв которой не причинил никому смерти, так как квартира в момент взрыва была пуста.

Ошибка в признаках объективной стороны состава преступления

Данная ошибка может относиться к деянию, последствиям, развитию причинно-следственной связи, иным признакам объективной стороны состава преступления.

Ошибку в деянии (отклонение действия) необходимо отличать от ошибок в объекте и в личности потерпевшего. Выражается данная ошибка в том, что при ошибке отклонением действия виновный посягает на жизнь одного человека, а фактически причиняет смерть или иные последствия другому человеку, или им обоим, или только другому.

Например, умышленно стреляя в одного, виновный по неосторожности причиняет смерть другому. В этом случае будет двойная квалификация содеянного: как покушение на первого и как неосторожное причинение смерти второму.

Если в момент производства выстрела или иного действия, направленного на причинение смерти потерпевшему, виновный допускает, что кто-либо еше может погибнуть, то по отношению к первому потерпевшему обязательно должен применяться п. «е» ч. 2 ст. 105 УК, поскольку при таких обстоятельствах убийство фактически совершается общеопасным способом. В таком случае в зависимости от вины и фактически наступивших последствий возможны разные варианты квалификации содеянного.

Например, пытаясь убить первого потерпевшего общеопасным способом, виновный причиняет смерть или иной вред только второму потерпевшему, в отношении которого он действовал с косвенным умыслом. Квалифицировать такие деяния надо как покушение на убийство общеопасным способом и дополнительно по фактически наступившим последствиям.

Так, если наступила смерть второго потерпевшего, то по ч. 1 ст. 105 УК, а если тяжкий вред здоровью — по ч. 1 ст. 111 УК. Если в результате убийства общеопасным способом погибли оба потерпевших, то, по нашему мнению, содеянное должно квалифицироваться по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК — как убийство двух лиц. Вменения в этом случае п. «е» ч. 2 ст. 105 не требуется, так как содеянное квалифицируется по фактически наступившим последствиям.

Ошибка относительно причиненных последствий касается качественной либо количественной характеристики причиненного вреда. Она может быть вызвана неправильными представлениями о развитии причинно-следственной связи, имевшейся между его деянием и наступившими общественно опасными последствиями, а также другими факторами.

Если смерть потерпевшего наступает в результате действий, направленных на лишение его жизни, то содеянное квалифицируется как убийство независимо от заблуждения виновного лица относительно последствий и развития причинно-следственной связи. Например, если виновный стрелял потерпевшему в голову, а попал в грудь, то данная ошибка никак не повлияет на квалификацию содеянного.

Точно так же если виновный наносит потерпевшему несколько ножевых ранений, а затем, привязав к его ногам камень, бросает в водоем, то он должен отвечать за убийство, а не за неосторожное причинение смерти. В этом случае заблуждение лица относительно причины смерти потерпевшего (от утопления, а не от ножевых ранений, как ошибочно полагал виновный) не повлияет на квалификацию содеянного, поскольку он действовал с умыслом, направленным на «гарантированное» лишение потерпевшего жизни.

Таким образом, ошибка в последствиях или в развитии причинно-следственной связи лишь в том случае повлияет на квалификацию содеянного, когда она была вызвана намерениями лица, а не его заблуждением относительно причины смерти в процессе реализации умысла на лишение жизни.

Примеры из практики

Практика производства дел по уголовно-наказуемым деяниям свидетельствует о том, что их квалификация производится с учётом совокупности обстоятельств, включая признаки ошибок, например:

1. Разновидность ошибочного суждения об объекте преступления. Гражданин А даёт взятку руководителю частной компании (гражданин Б), предполагая, что она окажется в руках представителя власти (сотрудника государственных структур) – преступление будет классифицироваться как взятка должностному лицу по 291 статье УК.
2. Гражданин С. украл у гражданина Ц. огнестрельное оружие, считая преступлением кражу. Но ошибочно не оценил ответственность за посягательства на общественную безопасность. Этот факт можно отнести к юридической ошибке и ответственность на него будет возложена по статье 226 УК.
3. Гражданин И., пугая гражданина Ю., приставил к нему огнестрельное оружие, будучи уверенным, что оно без патронов. После нажатия на спусковую скобу был произведён выстрел, нанесший тяжёлое ранение. Это может означать, что ошибка оценки обстоятельств исключает умысел на убийства, а является следствием халатного отношения. Гражданин И. был привлечён к ответственности за вину по неосторожности.
4. Граждане К. и Л. возвращались из кафе, где распивали спиртные напитки. По пути повздорили. Гр. К. нанёс Л. множественные ранения шилом в область головы и шеи. Уверенный в том, что он совершил убийство, для его сокрытия бросил Л. в озеро. Проведённая экспертиза судебным врачом показа, что смерть Л. наступила от попадания воды в лёгкие. Гражданин К. осуждён за преднамеренное убийство. Налицо ошибка неправильного восприятия причин и последствий события.

Одной из задач судопроизводства по уголовным делам является гарантия законности принятых решений и соблюдение норм права.

Исключение проблемы выявления ошибки на любом этапе процессуальных действий позволяет принять своевременные меры к её устранению в виде изменения меры пресечения, прекращения производства уголовного дела, вынесение оправдательного приговора судом.

Источники: 

Под субъективной ошибкой в уголовном праве понимается за­блуждение лишь относительно фактических обстоятельств, опре­деляющих характер и степень общественной опасности совершае­мого деяния, либо относительно юридической характеристики деяния.

В зависимости от характера неправильных представлений субъекта различаются:

• юридическая ошибка;
• фактическая ошибка.

Юридическая ошибка

Юридическая ошибка — это неправильная оценка виновным юридической сущности или юридических последствий совершае­мого деяния. Принято различать следующие виды юридической ошибки:

• ошибка в уголовно-правовом запрете;
• мнимое преступление;
• неправильное представление лица о юридических послед­ствиях совершаемого преступления.

Ошибка в уголовно-правовом запрете, т.е. неверная оценка лицом совершаемого им деяния как уголовно не наказуемого, то­гда как в действительности оно в соответствии с законом признает­ся преступлением. Ошибка подобного рода не исключает умыш­ленной вины, поскольку незнание закона не равнозначно отсут­ствию сознания общественной опасности и не может служить оправданием лица, совершившего деяние, запрещенное уголов­ным законом.

Мнимое преступление — это ошибочная оценка лицом совершаемого деяния как пре­ступного, тогда как на самом деле закон не относит его к преступ­лениям. В подобных случа­ях деяние не обладает свойствами общественной опасности и противоправности, поэтому уголовная ответственность исклю­чается. Например, «похищение» автомобильных покрышек, вы­брошенных из-за износа, не является преступным из-за отсутст­вия объекта посягательства, поэтому в нем нет и вины в ее уголов­но-правовом значении.

Неправильное представление лица о юридических послед­ствиях совершаемого преступления: о его квалификации, виде и размере наказания, которое может быть назначено за соверше­ние этого деяния. Такая ошибка не влияет на форму вины и на уголовную ответственность.

Фактическая ошибка

Фактическая ошибка — это неверное представление лица о фактических обстоятельствах совершаемого деяния. Практиче­ское значение имеет лишь существенная фактическая ошибка, ко­торая касается обстоятельств, имеющих значение признака соста­ва преступления.

В зависимости от содержания неправильных представлений, т.е. от предмета неверных восприятий и оценок, принято разли­чать следующие виды фактической ошибки:

• в объекте посяга­тельства;
• в характере действия или бездействия;
• в тяжести по­следствий;
• в развитии причинной связи;
• в обстоятельствах, отяг­чающих ответственность.

Ошибка в объекте — это неправильное представление лица о социальной и юридической сущности объекта посягательства. При наличии такого рода ошибки преступление должно квали­фицироваться в зависимости от направленности умысла. Примером подмены объекта является попытка похищения из аптеки наркотикосодержащих препаратов, в результате которой оказываются похищенными лекарственные средства, наркотического действия не имеющие. Квалификация подобных преступлений связывается с применением юридической фикции: несмотря на то, что лицо совершило оконченное преступление (кражу), его действия расцениваются как неоконченное посягательство на первоначально задуманный объект (покушение на хищение наркотических средств). От ошибки в объекте необходимо отличать ошибку в предмете пося­гательства и в личности потерпевшего. Эти виды ошибки не влия­ют ни на форму вины, ни на квалификацию преступления (если, конечно, с подменой предмета посягательства или личности по­терпевшего не меняется объект преступления).

Ошибка в характере совершаемого действия (или бездействия) может быть двоякого рода:

1. Лицо неправильно оценивает свои действия как об­щественно опасные, тогда как они не обладают этим свойством. Такая ошибка не влияет на форму вины (деяние остается умыш­ленным), но ответственность наступает не за оконченное преступ­ление, а за покушение на него, поскольку преступное намерение не было реализовано. Например, сбыт иностранной валюты, кото­рую виновный ошибочно считает фальшивой, составляет покуше­ние на сбыт поддельных денег (ч. 3 ст. 30 и ст. 186 УК РФ).
2. Лицо ошибочно считает свои действия правомер­ными, не осознавая их общественной опасности (например, лицо убеждено в подлинности денег, которыми расплачивается, но они оказываются фальшивыми). Такая ошибка устраняет умысел, а если деяние признается преступным только при умышленном его совершении, то исключается и уголовная ответственность. Если же деяние признается преступным и при неосторожной форме вины, то ответственность наступает только при условии, что лицо должно было и могло осознавать общественную опас­ность своего деяния, т.е. при виновной ошибке.

Ошибка относительно общественно опасных последствий может касаться либо качественной, либо количественной характеристи­ки этого объективного признака. Ошибка относительно качества, т.е. характера общественно опасных последствий, может состоять в предвидении таких по­следствий, которые в действительности не наступили, либо в не­предвидении таких последствий, которые фактически наступили. Такая ошибка исключает ответственность за умышленное причи­нение фактически наступивших последствий, но может влечь от­ветственность за их причинение по неосторожности, если таковая предусмотрена законом. Деяние, повлекшее не те последствия, которые охватывались умыслом субъекта, квалифицируется как покушение на причинение последствий, предвиденных винов­ным, и, кроме того, как неосторожное причинение фактически наступивших последствий. Ошибка относительно тяжести общественно опасных последст­вий означает заблуждение в их количественной характеристике. При этом фактически причиненные последствия могут оказаться либо более, либо менее тяжкими по сравнению с предполагаемыми. В тех случаях, когда уголовная ответственность зависит от тя­жести последствий, лицо, допускающее ошибку относительно этого признака, должно нести ответственность в соответствии с направленностью умысла.
Например, попытка совершить квартирную кражу в крупном размере, неудавшаяся из-за невозможности вскрыть домашний сейф, должна квалифицироваться по ч. 3 ст. 30 и п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Наступление более тяжкого последствия, чем субъект имел в виду, исключает ответственность за его умышленное причине­ние.

Ошибка в развитии причинной связи означает неправильное понимание виновным причинно-следственной зависимости ме­жду его деянием и наступлением общественно опасных послед­ствий.
Если последствие, охватываемое умыслом, хотя фактически и наступило, но явилось результатом не тех действий, которыми ви­новный намеревался его причинить, а других его действий, ошибка в причинной связи влечет изменение квалификации деяния.
У. и Л. с целью кражи проникли в дом, но, обнаружив там пре­старелого Ю. и стремясь избавиться от свидетеля, нанесли ему два ножевых удара в область сердца. Похитив ценные вещи, они подожгли дом, где оставался Ю., которого преступники считали уже мертвым. Но оказалось, Ю. был лишь тяжело ранен и погиб только при пожаре. Ошибка У. и Л. относительно причины смер­ти Ю. породила совокупность этих двух преступлений против личности: покушение на убийство с целью скрыть другое престу­пление (ст. 30 и п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ) и причинение смерти по неосторожности (ст. 109), помимо ответственности за хищение.

Ошибка в обстоятельствах, отягчающих ответственность, за­ключается в ошибочном представлении об отсутствии таких об­стоятельств, когда они имеются, либо о наличии их, когда факти­чески они отсутствуют. В этих случаях ответственность определя­ется содержанием и направленностью умысла. Если виновный считает свое деяние совершенным без отягчающих обстоятельств, то ответственность должна наступать за основной состав данного преступления. И наоборот, если винов­ный был убежден в наличии отягчающего обстоятельства, кото­рое на самом деле отсутствовало, деяние должно квалифициро­ваться как покушение на преступление, совершенное при отяг­чающих обстоятельствах.

С фактической ошибкой внешне сходно отклонение дейст­вия, когда по причинам, не зависящим от воли виновного, вред причиняется не тому, на кого направлено посягательство, а дру­гому лицу.
Например, А. с целью убийства стреляет из ружья в Б., но по­падает в В. и убивает его. Выстрел в Б. образует состав покушения на убийство независимо от того, попала ли пуля в В. или в дерево. Однако А. совершает еще одно преступление — причинение смер­ти В. по неосторожности. Поэтому случай отклонения действия всегда образует совокупность двух преступлений — покушения на совершение намеченного преступления и причинения по неосто­рожности вреда другому лицу (разумеется, при наличии неосто­рожной вины по отношению к этому последствию).